Самолёты, которые ещё летают

На базе Хацерим, к западу от Беэр-Шевы, есть музей, в котором можно ходить между настоящими самолётами.

Его краеугольный камень был заложен 16 июля 1985 года, главным образом благодаря трудам бригадного генерала запаса Яакова Тернера — того самого человека, который был потом мэром Беэр-Шевы. А музей открылся для публики 20 июня 1991 года.

Есть в нём сотни моделей самолётов, служивших в военно-воздушных силах. А рядом с ними настоящие самолёты, такие, что вышли из службы или были взяты как трофей.

И на нескольких из них стоит остановиться. Есть там «Спитфайр», «Чёрный спит» Эзера Вейцмана. Есть МиГ-21, попавший сюда из Ирака. Есть самолёт «Лави», который разработала Авиационная промышленность. И есть боевые самолёты, несущие отметки сбитых: «Мираж» с тринадцатью, F-15 с четырьмя и F-16 с шестью с половиной.

А выражение «взят как трофей» говорит вещь определённую: самолёт другой армии, захваченный целым и перешедший в другие руки. МиГ в музее — случай самый известный: он был вывезен из Ирака в операции, которая называлась операция «Яалом», то есть его не сбили и не купили, а он прилетел сюда сам.

И часть самолётов стоит не просто так. Их держат в лётном состоянии, и они летают на показах.

Рядом с самолётами есть экспозиция частей самолёта с объяснением, для чего служит каждая часть, — то есть можно увидеть изнутри, что делает крыло и что делает двигатель. Есть экспозиция противосамолётного оружия, выставка снимков и выставка о спасательном подразделении шестьсот шестьдесят девять.

А в холь ха-моэд Песаха и в День независимости показывают на месте и действующие летательные аппараты, и проходят пролёты и занятия для детей.

И есть также порицание этому месту, и о нём стоит знать. Многие любители авиации негодуют на политику музея, которая, по их утверждению, предпочитает привлечение публики исторической точности — самолёты красят в схемы окраски, которых они никогда не носили. Есть и порицание запущенности экспонатов: в феврале 2015 года дотла сгорел серебристый самолёт «Боинг-Стирман» вследствие плохого содержания. Он был в лётном состоянии, летал на показах, и годами его водил сам Яаков Тернер — тот самый человек, благодаря которому музей и возник.